ДАМА Страница 22
Какая-то пара, шедшая к выходу - мужчина лет пятидесяти, с залысинами,загорелым и спокойным лицом, и молодая женщина в бежевом костюме, -остановилась у моего столика. Мужчина, улыбаясь, спросил меня, довольна лия своей машиной. Я подняла голову, прижав указательным пальцем дужку очковк переносице, где от нее оставался след, и ответила, что, если моя машинавызовет у меня неудовольствие, я обязательно дам ему знать. Улыбка сошла сего лица, он пробормотал извинения. Я пожалела о своих воинственных словахи окликнула его. Лицо его снова озарилось улыбкой.
Не помню, что там я рассказала им о машине, но они сели за мой столик.Я доедала малину с сахаром. Они уже выпили кофе, но заказали себе еще почашечке, чтобы иметь повод угостить меня. Они сказали, что наблюдали замной во время обеда, что они бесспорно знают меня или, во всяком случае,где-то видели. Женщина спросила, не актриса ли я. "Ничего подобного, -ответила я, - моя специальность-реклама. У меня рекламное агентство". Втаком случае, может быть, она видела меня по телевидению, где я давалаинтервью или в какой-нибудь другой подобной передаче? "Да, вполневероятно". Она повернулась к мужчине, и тот сказал ей: "Видишь, я былправ". Я на Юг или уже возвращаюсь? Я ответила, что еду повидать друзей вКан-д'Антиб, а заодно хочу уладить за праздники кое-какие дела в Ницце.Они позавидовали мне, потому что сами уже возвращались после отдыха, идали несколько советов относительно дороги. До Монтелимара дорога ещесносная, но дальше творится что-то невообразимое: встречный поток машин,растянувшийся на несколько километров, заставил их простоять больше двухчасов. Не следует также ехать через Лион, там просто гибель. Лучше всего -по автостраде N_6, а затем через какой-то там Ла-Деми-Люн перебраться наавтостраду N_7. Я сказала: "Конечно, я так всегда и езжу". Мужчинаоказался военным врачом в чине полковника. "Мой отец тоже был полковником,- заявила я, - но только немецкой армии: моя мать согрешила во времяоккупации. Ну и, сами понимаете, ей обрили голову". Они сочли, что яобладаю большим чувством юмора, и, совершенно очарованные, прощаясь сомной, нацарапали свой адрес на листке из записной книжки. Я сожгла его впепельнице, когда закуривала сигарету.
Матушка нашла, что я пьяна, что положение становится угрожающим и лучшемне уйти в туалет, пока я не разревелась. Но я не разревелась. Я решила,что верну машину во вторник вечером или даже в среду утром. На обратномпути, на станции техобслуживания, я ее вымою. Анита не из тех, ктопроверяет спидометр. И никто ничего никогда не узнает.
На улице я снова закурила и прошлась по обочине дороги. Под яркимсолнцем моя тень резко выделялась на земле, а когда я села в машину,сиденье было раскалено. Я поехала в Фонтенбло. Там поставила машину утротуара, надела правую туфлю и вышла. Я купила платье, которое показалосьмне красивым в витрине и которое выглядело еще лучше, когда я егопримерила: из белого муслина, с воздушной юбкой. В том же магазине яприобрела ярко-желтый купальник, лифчик, две пары трусиков, бирюзовыебрюки, белый пуловер с высоким воротником и без рукавов, два большихмахровых полотенца и две рукавички для ванны в тон полотенцам. Вот и все.Пока мне подгоняли платье по фигуре, я перешла на другую сторону улицы иподобрала к брюкам пару босоножек с золотыми ремешками. Ни за что на светея не вернулась бы к себе на улицу Гренель, чтобы взять все это дома. И нестолько потому, что мне было жаль потерять два часа на дорогу туда иобратно, сколько из опасения, что снова начну раздумывать и тогда уж уменя не хватит мужества уехать.