ДАМА Страница 8
Впрочем, кто знает? Ведь если говорить честно, то все равно когда -вчера, сегодня или через полгода, - но что-то в этом роде должно былослучиться. В глубине души я фаталистка.
Но я не позвонила по телефону, а, закурив сигарету, вышла в коридорположить письма в корзинку для почты. Потом спустилась на второй этаж,некоторое время пробыла в чулане, куда складывают газеты и который носитпышное название "архив". Жоржетта - девушка, которая там работает, -высунув язык, вырезала объявления. Я просмотрела в утреннем выпуске"Фигаро" кинопрограмму, но ничего соблазнительного не нашла.
Когда я поднялась к себе, в кабинете меня ждал шеф. Я открыла дверь,считая, что там никого нет, и увидела его стоящим посреди комнаты. У меняупало сердце.
Наш шеф-мужчина лет сорока пяти, а может, и чуть старше, довольновысокий, и весит он килограммов сто. Пострижен очень коротко, почтинаголо. Лицо у него оплывшее, но приятное. И говорят, когда он былпомоложе и не такой толстый, он был красив. Зовут его Мишель Каравей. Вотон-то и есть основатель нашего агентства. Реклама - его призвание, онумеет четко и ясно объяснить, что ему надо, и в нашем деле, где нужноубедить не только тех, кто заказывает рекламу и, значит, платит нам занее, но и покупателя, он большой мастак.
Его отношения со служащими и интерес к ним не выходят за деловые рамки.Что касается меня, то лично я знаю его очень мало. Вижу я его один раз внеделю, в понедельник утром, когда у нас бывает получасовая летучка в егокабинете, на которой он подытоживает наши текущие дела. Да и присутствую ятам только в качестве секретаря, чтобы записывать.
Три года назад он женился на моей ровеснице, ее зовут Анита, у которойя была секретарем, когда она работала в другом рекламном агентстве. Мыдружили с ней, насколько это возможно, когда проводишь сорок часов внеделю в одной комнате, каждый день вместе обедаешь в кафесамообслуживания на улице Ла-Боэси и время от времени по субботам ходишьвместе в мюзик-холл.
Анита и предложила мне, когда они поженились, перейти к Каравею. Онапрослужила там всего несколько месяцев. Сейчас я выполняю примерно ту жеработу, что и она, но я не обладаю ни ее способностями - а они у неенезаурядные, - ни ее тщеславием, и, ясно, не получаю ее жалованья. Яникогда не встречала человека, который бы лез вверх с таким упорством иэгоизмом, как она. Она исходит из принципа, что в этом мире, где людиприучаются склоняться перед бурей, нужно создавать бури, чтобы вознестисьв их вихре. Ее прозвали Анита-наплевать-мне-на-тебя. Она это знала и дажеподписывалась так в служебных записках, когда устраивала кому-нибудьразнос.
Недели через три после свадьбы Анита родила девочку. С тех пор она неслужит и я ее практически не вижу. Что же касается Мишеля Каравея, то довчерашнего вечера я считала, что он забыл о моем знакомстве с его женой.
В тот день Каравей выглядел не то усталым, не то озабоченным, и цветлица у него был землистым, как в те дни, когда он садится на диету, чтобыпохудеть. Назвав меня по имени, он сказал, что попал в затруднительноеположение.
Я увидела, что кресло для посетителей, стоящее у моего стола, заваленопапками. Я убрала их, но он не сел. Он оглядывал мой кабинет так, словновпервые вошел сюда.