ОЧКИ Страница 41
И Матушка сказала мне, что я не убивала Мориса Коба, что я несумасшедшая, нет, Дани, нет, все, что я пережила, было на самом деле, этоне плод моей фантазии, и я правда впервые в жизни провожу вечер в этомгороде, где все вдруг словно озарилось ярким светом, где победно запелитрубы. Истинный ход событий последних двух дней предстал передо мной стакой ясностью, что я даже вздрогнула. Мысли в моей голове так быстросменяли одна другую, что, должно быть, даже лицо мое преобразилось.Рекламная Улыбка удивлен и тоже счастливо улыбается:
- О чем вы думаете? Что вас так обрадовало? А я не знаю, как емуобъяснить. И тогда я неожиданно целую его в щеку и своей покалеченнойрукой крепко жму ему руку. Боль пронизывает меня. Но мне не больно. Мнехорошо. Оковы спали. Или почти спали. Улыбка застывает на моем лице. Меняосеняет еще одна мысль, такая же ошеломляющая, как и все остальное: а ведьза мной следят, и сейчас с меня тоже не спускают глаз, за мной должны былишпионить от самого Парижа, иначе все рушится.
"Дани, родная моя, - говорит мне Матушка, - есть надежда, что тебяпотеряли из виду, иначе ты уже была бы мертва. Тебя хотят убить, неужелиты не понимаешь?"
Надо оградить от опасности Рекламную Улыбку.
- Может, пойдем? Я вас провожу. Как бы вам не опоздать на поезд.
Мое пальто, которое он помогает мне надеть. Моя сумка - я раскрываю ее,чтобы удостовериться, что я не ошиблась. Нет, теперь я не ошибаюсь. Мноюовладевает страх, но уже иной страх.
На улице Рекламная Улыбка доверчиво обнимает меня, и я не могуотделаться от мысли, что подвергаю опасности и его. Я невольнооглядываюсь. Сначала бросаю взгляд в сторону "тендерберда", который япоставила у бара, потом вдоль этой бесконечной, сейчас ярко расцвеченнойогнями улицы, по которой я проезжала сегодня днем.
- Что с вами?
- Ничего. Просто смотрю. Ничего.
Я обняла его левой рукой за талию, он засмеялся. И вот - вестибюльвокзала. Перронный билет. Подземный переход. Платформа. Я все времяоборачиваюсь. Незнакомые люди, озабоченные своими делами. По радиообъявляют поезд Рекламной Улыбки. Издали доносится танцевальная музыка. Онстоит передо мной, держит меня за руку и говорит:
- Знаете, что мы сделаем? Завтра вечером я буду в Париже, в гостинице,где всегда останавливаюсь, это на улице Жана Лантье. Обещайте, что вы мнепозвоните.
- Обещаю.
- Моя кепка у вас? Кепка лежит у меня в сумке. Рекламная Улыбкашариковой ручкой записывает номер телефона на кепке, на внутренней сторонеоколыша, и возвращает ее мне. За моей спиной раздается свисток поезда,вагоны с грохотом, от которого чуть не лопаются барабанные перепонки,плывут вдоль платформы. Рекламная Улыбка что-то говорит мне, киваетголовой, хватает меня за плечи и крепко сжимает их своими ручищами. И все.И в то время как он уходит из моей жизни и, высунувшись из окна вагона,машет мне рукой, смуглый, улыбающийся такой чудесной улыбкой, уже далекий,уже потерянный для меня, я вдруг вспоминаю, что дала себе слово помочь емуи его другу Лавантюру стать миллиардерами. "Не потеряй кепку, - сказаламне Матушка. - И потом, если ты хочешь разрушить то, что задумали противтебя, не теряй зря времени".