ОЧКИ Страница 8
- А ты уверена, что до Кассиса не открывала багажник?
- Я бы помнила об этом.
- А где ты останавливалась после Жуаньи?
- На станции техобслуживания, неподалеку от Аваллона. Там я оставиламашину надолго, ее даже перегнали на другое место, пока я была у доктора.
Он посмотрел на мою забинтованную руку. По его глазам я видела, что онвспоминает мой рассказ о том, как мне покалечили руку, как незнакомые людиутверждали, будто видели меня накануне на шоссе и будто бы я ехала вПариж, тогда как я уверяла, что в это время находилась в Париже. Но онтолько сказал:
- Да-а, эта твоя история - крепкий орешек.
Я не знала, что еще добавить в свое оправдание. Да мне и не хотелосьоправдываться. Филипп заметил, что я дрожу в своем белом платье, и, снявпиджак, накинул его мне на плечи. Дыша мне прямо в лицо, он спросилшепотом:
- Ты говоришь правду, Дани?
- Клянусь.
- Даже если это ты застрелила его из ружья, я тебе помогу, понимаешь?
- А разве его застрелили из ружья? Сама того не желая, я почтипрокричала это визгливым, срывающимся голосом. Это прозвучало смешно. Незнаю почему, но у меня на глазах выступили слезы.
- Да, я так полагаю, поскольку оно лежит в багажнике рядом с трупом.
- Что - оно"?
- Да ружье же, черт побери! Блестящее, новенькое! В твоем багажнике!Ружье! Скажи, меня-то ты узнаешь, по крайней мере?
Сжав руками мою голову, он принялся раскачивать ее из стороны всторону, словно пытаясь разбудить меня.
- Подожди! Я не видела ружья!
- Интересно, что ты вообще видишь! Коврик ты видела? Мертвеца видела?Ну, так с ним еще и ружье!
Филипп отпустил меня, резко повернулся на каблуках и зашагал, сунувруки в карманы и подняв плечи. Я видела белое пятно его рубашки. Я всталаи нагнала его. Он повел меня через шоссе, сказав, что у него кончилисьсигареты, нет ни гроша и он голоден как волк.
В переполненном бистро, стены которого были увешаны неводами иракушками, я купила пачку "Житан" и спички. Филипп за стойкой выпил кружкупива и съел сандвич. Он молчал и даже не смотрел на меня.
Я спросила:
- Как ты добрался до Марселя?
- Не твоя забота.
- А где твой чемодан?
- Тоже не волнуйся.
Когда мы вышли, он обнял меня за плечи и притянул к себе. У меня небыло желания его отстранить. Мы пошли, прижавшись друг к другу, потротуару, на котором валялись пустые ящики - от них исходил запахводорослей. У Старого порта мы пересекли площадь. Когда мы проходили мимокакого-то ресторана, в зеркальной витрине на мгновение промелькнули нашилица, мое белое платье, его пиджак на моих плечах - короче, мы оба,обнявшиеся, освещенные неоновыми рекламами, в тысяче километров от моейжизни. Да, правда, в тысяче километров, и это показалось мне тогда гораздоболее нереальным, чем все остальное, вся история с трупом.
Когда мы вышли на улицу Канебьер, на нас стали оглядываться прохожие. Яспросила Филиппа, куда мы идем.
- К машине. Нужно узнать, кто этот тип. Нужно еще раз взглянуть нанего.
- Не надо, прошу тебя, у меня не хватит духу.