РУЖЬЕ Страница 9
Дом Коба в квартале Монморанси не вызвал у вас ни малейшего удивления -вы явно были убеждены, что находитесь у нас. Когда я, поднявшись на второйэтаж к Аните, рассказал ей об этом, она не поверила. А вы уже сели застаренький "ремингтон" покойного хозяина и принялись печатать. Мишель былас нами, она сидела тут же на площадке лестницы в кресле с высокой спинкойи держала на коленях куклу. Теперь, когда она была рядом, я чувствовалсебя хорошо. Анита сказала мне: "Я знаю Дани лучше тебя. Уверена, что онане поддалась на обман. Просто никогда нельзя понять, что скрывается там,за ее темными очками". Я пожал плечами. Лично мне в эту минуту не давалпокоя ваш белый костюм. Раз он был сшит в ателье, с которым связано моеагентство, я не мог позвонить туда, чтобы мне немедленно доставили такойже. Правда, у Аниты был белый костюм, но он ни капельки не походил на ваш.Она мне сказала, что посмотрит ваш и тогда что-нибудь придумает. Белыелодочки у нее есть, а уж причесаться, как вы, она сумеет. Я объяснил ей,что она должна сделать: отвезти девочку к своей матери, купить нааэровокзале Энвалид билеты на самолет до Марселя-Мариньяна, затем поехатьна фестиваль рекламных фильмов, где мы должны были быть вдвоем, и датьпонять окружающим, что я тоже там, потом отправиться на авеню Моцарта,переодеться, взять такси до Орли, сесть в самолет "Эр-Франс", которыйулетает около одиннадцати часов и делает посадку в Лионе. В Лионе мывстретимся. Мы уточнили все детали этой встречи, а также вашего пребываниявечером в доме Коба.
Снизу до нас доносился стук машинки. Анита сказала, что, зная вас, онаубеждена, что вы не остановитесь, пока у вас не заболят глаза, и вы не изтех, кто станет рыскать по чужой квартире. Но я все же предпочел принятьмеры предосторожности. Мы нашли у Коба несколько таблеток снотворного ирастворили их в вине, которое Анита поставила потом для вас на столиквместе с холодным ужином. Чтобы снотворное оказало свое действие, его надобыло положить щедро, так как Анита сказала, что больше одного бокала винавы никогда не пьете. Я кинул таблетки в вино на глазок. Все это мыпроделали на кухне, в то время как вы считали, что я уже уехал. На самомже деле, когда Анита показывала вам вашу спальню, я прошел в комнату, гдевы печатали, вынул из вашей сумочки ключи от квартиры на улице Гренель,водительские права и - эта идея мне пришла в голову внезапно - вашубирюзовую шелковую косынку. Нежно поцеловав уснувшую в кухне Мишель, явзял один из чемоданов Коба, в который уложил наверху его одежду-ту, чтоон носил в свой последний день, - и спустился в подвал.
Он лежал в нелепой позе, как поверженная статуя, освещенный резкимсветом лампочки. Я сказал ему мысленно, что наконец мы поменялись местами- теперь он в более дурацком положении. Сейчас мы вместе с Анитой защищаемсвою единую жизнь - нашу и Мишель, - и Анита больше, чем когда-либопрежде, стала мне женой. Что он мог ответить на это? Жалкий болван, да,жалкий подонок. Я поднял винчестер и положил его наискосок на чемодан. Настолике я обнаружил коробку патронов (30х30) и тоже взял с собой.Убедившись, что одна гильза осталась в магазине ружья, я разыскал на полудве остальные. Затем запер дверь на ключ и вышел через черный ход в сад.Анита ждала меня там, прислонясь к стене. Я дал ей денег. Все ключи Коба яоставил у себя, мне некогда было разыскивать в связке, который из них отдома в Вильневе. Анита меня поцеловала, у нее были горячие губы. Онасказала мне, что будет такой, какой я хотел бы ее видеть, и еще сказала,что я верный человек и она меня любит.